ебатьмойхуйдачтобыяещеразповелсянатакоеполитикапидарасылюдиебаныекозлымосковскиеэтовсехуйняужасныеблядиспалкамивжопекредитыэффективныеменеджерыизжопывротидальше

Собака - друг человека

​Искренне надеюсь, что здесь никогда не появится приписка "Основано на реальных событиях"

Сергей сидел на кухне. В трениках и тельняшке. Перед ним стояла полупустая бутылка "Курвуазье", тарелка с недорезанной палкой сервелата и ломтиками сыра. В глазах Сергея стояли слезы, на лице явно проступала смесь ненависти, бессилия и тяжелейшей внутренней борьбы. Сергей вырос добрым человеком, и проявить насилие по отношению к животному ему мешала привитая с детства поведенческая модель касательно "братьев наших меньших". Но сегодня он был на грани.

Его новые кроссовки, скромные Onitsuka Tiger за 8000 рублей, которым не было и двух дней, были беспощадно обосраны милым созданием - мальтийской болонкой. Беспощадно. Обосраны. Снаружи и изнутри. Синие шнурки были пропитаны собачьими экскрементами, на замшевых накладках тоже было дерьмо, на еще не потерявшей лоск и без единой царапины коже были видны следы зубов.

- Убью. Блядь, я ее сейчас убью. Задушу проволокой... Руками блядь задушу и убью. Убью и задушу...​

Виновница торжества молча сидела в углу, и делала вид, что все происходящее ее не касается. Блестела шерстка, блестели глаза. Глаза срущей собаки.

Сергей опрокинул в себя конъяк из бокала. Благородный запах немного глушил запах собачьего говна, но не мог заглушить боль в душе Сергея.

-Нахуя? Нахуя блядь? Я тебя спрашиваю, ты, блядь, мешок с говном. Нахуя ты это сделала? Мы же утром блядь с тобой гуляли, ты срала уже сегодня. Нет, ну я могу еще понять - на пол, но блядь... Блядь.... на кроссовки то за что?! Почему не на старые?

Собака два раза моргнула шарешками.

Сергей плеснул в бокал еще. Зажевал ломтик сыра.

- Нет, не могу, нельзя же так. Не я ей жизнь давал, не мне ее и отнимать. Но как так? 8 тысяч ведь. Уууу, сука, как я тебя ненавижу, знала бы ты... Да ты знаешь, знаешь, паскуда, поэтому и срешь.

Собака смотрела невинными глазами, и, кажется даже, собралась подойдти к Сергею поближе, чтобы выпросить чего-нибудь со стола. Собачий нос чуял колбасу.

- Чего тебе не хватало, шерсть ты ебаная?? У тебя же все есть, ты нормально питаешься, нормально гуляешь, нет же блядь - надо срать, срать, еще срать, еще срать. Я бля столько не сру, сколько ты!

Повиливая хвостом собачонка подошла к Сереже, и попыталась залезть на колени, чтобы быть ближе к колбасе. Но Сергей отпихнул псинку:

- Куда ты бля лезешь? Ты же только что жрала, куда опять? Чтобы блевать потом сразу? Ты че, вообще нихуя свои поступки через логику не пропускаешь? Ну у тебя же есть мозг, мало но есть, че он - не работает?

Собака решила предпринять вторую попытку по покорению колен.

- Блядь, заебала! Че ты хочешь? Колбасы? Сейчас я тебе дам блядь колбасы.

Недорезанные грамм 200 московского сервелата полетели в псину. Нетрезвая рука подвела (а может, жалость сбила прицел) и попадание пришлось по касателной. Маленькая сучка с визгом унеслась в коридор. Еще 50 грамм конъяка унеслись в желудок Сергея.

- А ну отойди от кроссовок, сука!

Сергей встал со стула, в коридор полетели остатки колбасы. Собака, не находя себе место метнулась обратно на кухню. Видимо, просить прощения. В ее глазах тоже стояли слезы, она не понимала, за что Сергей ругает ее и кидает в нее различные предметы и продукты.

- Ты можешь вести себя по человечески? Я же тебя как друга бля, как брата прошу? Понимаешь? Да нихера ты по-моему не понимаешь. Извини, не хотел я в тебя эту колбасу кидать, да и не попал все равно... Ладно, пойдем, прогуляемся что-ли, а то че-то поднажрался я, надо проветриться. Жди здесь, оденусь сейчас.

Слез в тупых глазах болонки стало больше, морда скривилась, как у пидора перед этапом, и, не отводя от Сергея заплаканных глаз, она обосралась на пол кухни.

Сергей молчал. Страшно молчал. Словами эту ситуацию исправить было уже невозможно. С пола подымалась вонь, говно лежало перед ним, как Исаак перед Авраамом. Если враг не сдается - его уничтожают. Но лишать жизни псину Сергей не хотел, тем более псину, которая только что обосралась. Молча, он достал из штанов енг, и стал мочиться на почти потерявшую от страха сознание болонку. Моча стекала по шерсти, попадала псине в уши, растекалась по полу, но это были мелочи.

Сергей чувствовал, как с каждой излитой каплей стихает огонь злобы и ненависти в его душе. Он не на болонку ссал, он тушил по-пионерски костер собакоубийственной войны в своей голове.

Закончив, он убрал в штаны енг и пошел за шваброй.


Напоминание читателям

Уважайте нашу легкую анонимность, которая "от дурака", не палитесь из под родного контактика или фэйсбучика без лишней причины.

Всегда можно зарегистрировать новый gmail или аналоги. Крайне приветствуется сокращение имен и мест при упоминании.

comments powered by HyperComments
Bg-1